| Zayats | Дата: Пятница, 10.05.2013, 15:44 | Сообщение # 1 |
|
Зам. Адмирала О.В.М.Ф. ЧФ
Группа: Полит Бюро
Сообщений: 40
Статус: Ушол в поход
| Спустя ровно два месяца состоялся и завершающий пуск испытаний ракет с тепловой головкой самонаведения, начатых 29 августа 1959 г. Для придания целям должной контрастности в инфракрасном диапазоне их оснащали размещенными на низких ферменных мачтах газовыми горелками или жаровнями с горящей нефтью.Десятью пусками была испытана модификация ракеты П-15Т, оснащенная первой в СССР круглосуточной тепловой (инфракрасной) головкой самонаведения «Кондор», разработанной в НИИ-10 коллективом во главе с Дмитрием Павловичем Павловым. Работы по этому варианту ракеты начались только 13 мая 1957 г. по распоряжению Совета Министров. Несмотря на то, что только половина проведенных пусков завершилась успешно, результаты сочли удовлетворительными. Совместное использование ракет с радиолокационной и тепловой головками самонаведения было призвано повысить эффективность ракетного оружия в условиях организованного противодействия противника.Наряду с недостатками испытания показали и перспективы совершенствования комплекса. В частности, вместо первоначально заданной дальности пуска 25 км удалось обеспечить величину 35 км. Ракета П-15 гарантировано могла лететь и на 40 км, но во многих тактических ситуациях эффективное применение на эту дальность не обеспечивалось средствами целеуказания.Принятие на вооружение комплекса в составе ракет П-15 с радиолокационной и тепловой ГСН, станции обнаружения и сопровождения целей «Рангоут», аппаратуры «Клен» было оформлено постановлением от 8 марта 1960 г. Диапазон дальностей устанавливался от 8 до 35 км, скорость полета — 1100—1200 км/ч, высота полета — 100—200 м. Вес боевой части составлял 500 кг. Вероятность попадания оценивалась величиной 0,7. Но еще до принятия комплекса на вооружение начался серийный выпуск ракет на заводе №116 в дальневосточном городе Арсеньеве, ранее загруженном производством самолетов Як-18.В соответствии постановлением от 3 декабря 1958 г., строительство катеров велось на заводах №5 (в Ленинграде) и №602 (Владивостокский судостроительный завод). Для серийной постройки предназначались катера пр. 183Р, отличавшиеся от экспериментальных несколько иной мачтой со станцией «Рангоут», использованием открытых с торцов легких металлических укрытий для ракет, исполнением рубки из стали вместо дерева.Ракетные катера пр. 183Р по сравнению с торпедными собратьями пр. 183 при той же длине 25,5 м и ширине 6,2 м имели полное водоизмещение, увеличенное 66,4т до 81 т. Скорость уменьшилась с 43—44 до 38 узлов, но дальность возросла с 700 до 1000 миль. Экипаж увеличился с 14 до 17 человек.Впрочем, катера пр. 183Р стали своего рода побочным результатом создания экспериментального пр. 183Э. Первоначально П-15 предназначалась для более крупного катера. Ее размещение на катерах на базе пр. 183 не предусматривалось планами судостроения на VI пятилетку 1956—1960 гг. Только спустя год после начала работ по П-15 постановление от 17 июля 1956 г. определило применение этих ракет на пр. 183Р. До 1960 г. планировалось построить 48 катеров пр. 183Р Всего в строй вступило 112 катеров, включая 54, переоборудованные из ранее выпущенных торпедных катеров пр. 183. В частности, на заводе №5 собрали 26 ракетных катеров и еще 30 переделали из катеров пр. 183.
Проект 205
Уже в 1955 г. началось проектирование катера пр. 203 с четырьмя ракетами, при этом предполагалось строительство в 1958—1960 гг. 29 таких кораблей. По постановлению от 17 июля 1956 г. было предложено вести дальнейшую разработку П-15 применительно к цельнометаллическому катеру пр. 205, а не к деревянному пр. 203, определив начало проведения испытаний на пр. 205 с конца 1958 г. Постановлением от 25 августа 1956 г., посвященном программе кораблестроения на 1956— 1960 гг., было задано строительство 23 катеров пр. 205. В том же году флот выдал ТТЗ на катер пр. 205.
Головной катер пр. 205 ТК-36 (строительный номер 401) был заложен 11 июля 1958 г. в эллинге №3 ленинградского завода №5 и спущен на воду почти через год. После проведения швартовых испытаний 28 октября начались заводские испытания, продолжавшиеся до 2 ноября следующего года. Большая длительность этого этапа, по-видимому, определялась тем, что в это время на Черном море завершались испытания комплекса П-15. Их результаты желательно было учесть для доработки оборудования, поставляемого на большой катер. Образовавшийся «тайм-аут» можно было использовать для тщательного опробования и доводки традиционных для кораблестроения систем и агрегатов катера.В ходе государственных испытаний, проходивших со 2 по 29 декабря 1960 г., состоялись бросковые испытания пуском с катера ТК-36 четырех массогабаритных макетов со штатными стартовиками СПРД-30. Кроме того, были проведены стрельбы четырьмя ракетами П-15, втом числе двумя по движущимся катерам-целям пр. 183КЦ.Испытания прошли успешно. Была подтверждена возможность применения ракет без ограничений по скорости (до максимальной в 38,6узлов) при волнении до 4 баллов. При 5 баллах скорость навстречу волне ограничивалась величиной 16—18 баллов, но при попутной волне не лимитировалась. В целом катер показал хорошую мореходность, маневренность и устойчивость на курсе. Примененные обводы корпуса обеспечили относительно мягкие, по сравнению с другими катерами, удары о волну.
Ракетные катера пр. 205.
Нарекания вызвали только не вполне надежные механизмы открывания крышек контейнеров. Кроме того, декабрь 1960 г. оказался на редкость теплым, так что было признано целесообразным после сдачи катера флоту дополнительно провести испытания комплекса в морозную погоду.При испытаниях в условиях Балтики были уточнены возможности РЛС «Рангоут». Она уверено обеспечивала обнаружение крейсера на дальности почти 35 км, в то время как радиолокационные средства крейсера фиксировали катер на почти в полтора раза меньшем удалении.Катер ТК-36 был сдан флоту в последние дни 1960 г. Позднее, как и другие первенцы ракетного «москитного» флота, он сменил наименование «торпедного катера» на более откровенное — Р-36.До 1966 г. в Ленинграде выпустили 68 катеров пр. 205, во Владивостоке — 76 катеров (с 1961 по 1975 г.), в Рыбинске на заводе №341 (ныне ПО «Вымпел») — 46 единиц (с 1962 по 1973 г.).
Ракетный катер пр. 205. Хорошо видны открывающиеся крышки пусковых установок ангарного типа для ракет П-15.
На катере пр. 205 разместили четыре закрытые пусковые установки для П-15 ангарного типа. Направляющие передних ПУ были установлены под углом 11°, кормовых — 13° к горизонту. В соответствии с последними достижениями зенитной артиллерийской техники, на пр. 205 разместили две установки АК-230 калибра 30 мм, дистанционно управляемые от РЛС МР-103 «Рысь». Вместо четырехвальной энергетической установки с дизелями М-50 по 1200 л.с. на нем была применена трехвальная с дизелями М-501 по 4000л.с, что обеспечивало скорость 38,5 узлов. В дальнейшем с установкой двигателей М-504 мощностью по 5000 л.с. скорость довели до 42 узлов. На всех скоростях оружие применялось при волнении до 4 баллов, а при 5 баллах — на скорости до 30 узлов. Корпус, выполненный с применением сталей, делился на 10 отсеков девятью переборками. Полное водоизмещение возросло до 209—226 т, длина — до 38,6 м, а экипаж составил 26 человек.Проект 205 оказался очень удачным. Кроме ракетных модификаций на его базе был создан торпедный катер пр. 206. Тем самым как бы зеркально обратно повторилась ситуация с разработкой ракетоносца пр. 183Р на основе пр. 183. Основной «рабочей лошадкой» пограничной охраны стал «сторожевой корабль» (фактически — катер) пр. 205П. Кроме того, появились катера-цели пр. 1392КЦ и обеспечивающие их применение катера-водители пр. 1392В.
Торпедный катер пр. 206
Проект 60
Разнообразное использование научно-технического задела, накопленного при разработке катера пр. 205, контрастировало с узостью применения в советском флоте П-15. Несмотря на то, что она была наиболее удачной из ракет, созданных в 1950-е гг., ею вооружались только катера. Крупные корабли новой постройки оснащались более дальнобойными ракетами — сначала КСЩ, затем П-35, хотя реальное использование оружия на загоризонтные дальности было весьма проблематичным из-за необеспеченности целеуказанием. Поэтому даже проектные проработки по установке П-15 на кораблях велись только применительно к модернизации уже построенных эсминцев.Как известно, в конце 1940 — начале 1950-х гг. была построена крупнейшая в нашем флоте серия эсминцев пр. 30бис — всего 72 корабля. Однако вся эта армада имела сомнительную боевую ценность, прежде всего из-за беззащитности перед воздушным противником кораблей, выпущенных по довоенному проекту, лишь слегка откорректированном после 1945 г. Спаренные башни главного 130-мм калибра не были универсальными, единственная 85-мм спаренная установка 92-К из-за несовершенства системы управления огнем на могла вести огонь по скоростным целям, а спаренные 37-мм автоматы В-11 вообще применялись только в режиме ручного наведения.
 Постановлением от 30 января 1956 г., определившим контрольные цифры пятилетки 1956—1960 гг., предусматривалась модернизация в 1958—1960 гг. пяти этих кораблей по пр. 60 с оснащением, согласно постановлению от 25 августа 1955 г., 10—14 ракетами П-15. Столь значительный боекомплект предполагал его размещение в погребах с последовательной подачей ракет на поворотные пусковые установки, как это было сделано на кораблях-носителях КСЩ по проектам 56Э, 56М и 57 бис. При утверждении ТТЗ в апреле 1956 г. суммарный боекомплект двух пусковых установок был определен в 12 ракет. Одновременно задавалось усиленное зенитное вооружение с заменой устаревшей артиллерии на два счетверенных 57-мм автомата ЗиФ-75. Противолодочные возможности корабля должны были возрасти при замене шумопеленгатора «Тамир-5» на ГАС «Геркулес» ГС-572, оснащении корабля двумя реактивными бомбометными установками РБУ-2500 и трехтрубным торпедным аппаратом для противолодочных торпед.
Корабль пр.60 (схема А.Н. Соколова).
Как показали проработки ЦКБ-53, планируемая модернизация кораблей пр. 30бис оказалась сопряжена с недопустимым снижением остойчивости и ухудшением обитаемости из-за необходимости выделить большие объемы под погреба для ракет. Для увязки проекта было предложено заменить штатные котлы на более совершенные, по типу установленных на сторожевом корабле пр. 50, но это делало дороже модернизацию из-за основательной переделки ряда отсеков и применения нового оборудования.Конструкторы ЦКБ-57 нашли более рациональное решение, в инициативном порядке проработав вариант с сокращенным до девяти ракет боекомплектом, полностью размещаемым в поворотных трехконтейнерных пусковых установках, монтируемых на месте двух пятитрубных торпедных аппаратов и кормовой башни главного калибра эсминца. Для обеспечения остойчивости носовая башня и спаренная установка 92-К заменялись на ЗиФ-75. По две трубы для противолодочных торпед крепились к двум из трех пусковых установок. Этот вариант корабля пр. 60 оказался вполне приемлемым по технико-экономическим показателям, был одобрен рядом управлений и институтов ВМФ, но не был реализован под предлогом «неперспективности комплекса П-15». Министерство судостроительной промышленности предпочитало загружать свои предприятия постройкой кораблей новых проектов, а извечно крайне слабая судоремонтная база ВМФ не справились бы со сложным модернизационным ремонтом. Кроме того, в условиях навязываемой сверху «ракетной революции» флот стремился сохранить эсминцы пр. 30бис как артиллерийские корабли, столь необходимые для «обработки» берега в случае проведения десантных операций.Впрочем, спустя полтора десятилетия китайские товарищи в ходе модернизации четырех эсминцев еще довоенной советской постройки пр. 7 сохранили их артиллерийскую мощь, установив строенные пусковые установки доработанных П-15 на месте торпедных аппаратов. Практическая бесполезность торпедного вооружения на крупных надводных кораблях подтвердилась еще в ходе Второй мировой войны, а эффективное применение противолодочных торпед с эсминцев как пр. 7, так и пр. 30бис не обеспечивалось из-за их крайне слабой гидроакустики. Но проводить ракетное перевооружение пр. 30бис по «китайскому образцу» в конце 1970-х гг. было уже слишком поздно.
Проект 205
Нужно отметить и то, что принятая на вооружение ракета П-15 не вполне удовлетворяла моряков. Основными недостатками были применение токсичного и агрессивного жидкого топлива, не подлежащего длительному хранению в баках ракеты, опасного для личного состава при заправке и сливе, а также солидные габариты пусковой установки, определяемые длиной и размахом крыльев ракеты. Еще в 1957 г. адмирал Владимирский выдвинул положение: «Нужна П-15, но на твердом топливе». Большие размеры угловатых ангаров увеличивали радиолокационную заметность корабля-носителя и не позволяли разместить ракетное вооружение на малых катерах. Кроме того, высота полета П-15 на маршевом участке 300 м не обеспечивала скрытного подхода к кораблю противника.
На ракетных катерах пр. 205У старые пусковые установки ангарного типа уступили место контейнерным ПУ КТ-67.
К началу 1960-х гг. необходимое «ноу-хау» имелось в распоряжении главного конструктора ОКБ-52 В.Н. Челомея. Еще с 1958 г. он разрабатывал твердотопливную ракету «Аметист» с дальностью 80 км, предназначенную для использования с погруженных подводных лодок. Раскрываемое при старте крыло использовалось на всех крылатых ракетах его разработки начиная с П-5, успешно запущенной с подводной лодки еще в ноябре 1957 г. Поэтому всего через несколько месяцев после принятия на вооружение П-15 постановлением от 23 августа 1960 г. было задано создание П-25 — ракеты с раскрываемым при старте крылом для катера пр. 205 с дальностью пуска 40 км при высоте полета 40—60 м со скоростью 1100—1200 км/ч. Радиолокационную ГСН на базе МС-2 от П-15 должен был разрабатывать в КБ-1 Савин, тепловую — в НИИ-10 Кириллов. Испытания комплекса на катере, доработанном по пр. 205Э, намечались на II квартал 1962 г.В этот период коллектив ОКБ А.Я. Березняка еще не обладал каким-либо опытом применения твердотопливных двигателей и без привлечения специализированных организаций не мог решить задачу обеспечения маловысотного полета. Но дубнинские специалисты уверенно взялись за уменьшение поперечного габарита П-15, оснастив ее раскрываемым при старте крылом. Они создали механизм раскрытия собственной конструкции. Шток с плунжером двигались в вертикальном цилиндре и посредством системы промежуточных тяг и качалки поднимали консоль крыла. Крыло раскрывалось в полете после прохождения надстроек, примерно через полсекунды после начала движения ракеты. Попутно в конструкцию изделия были внесены и другие доработки. Опыт успешной эксплуатации несколько уменьшил опасения, связанные с использованием агрессивного жидкого топлива. Вместо вкладных баков применили баки-отсеки для
окислителя.
Ракетный катер пр. 205У.
В московском СКБ-709, ранее занимавшемся торпедными аппаратами для надводных кораблей, под руководством главного конструктора Николая Константиновича Цигунова была разработана контейнерная пусковая установка КТ-67 для размещения ракет с раскрываемым в полете крылом (в ряде документов упоминается как КТ-15), которой оснащались усовершенствованные модификации катера.Работы по новому варианту П-15 проводились по совместному решению промышленности и Заказчика от 7 июня 1961 г без принятия правительственного постановления. После успешного завершения испытаний постановлением правительства от 23 мая 1964 г. ракету приняли на вооружение как П-15У (4К-41).На флоте этот индекс произносился как «Пэ пятнадцать ухо». Модификация катера с контейнерными пусковыми установками получила обозначение пр. 205У. Первый катер по этому проекту Р-255 (заводской номер 469) был построен на заводе №5 в 1965 г. До 1972 г. в Ленинграде выпустили 19 катеров (строительные номера с 469 по 487), 13 катеров построили во Владивостоке с 1966 по 1973 г. (заводские номера с 528 по 541).
Пуск ракеты ПКР с катера пр. 205У.
С 1960 по 1975 г. для отечественного ВМФ построили всего 187 катеров пр. 205 и 205У, из них 120 в дальнейшем передали за рубеж. В частности, завод №5 до 1975 г. собрал 89 катеров пр. 205 различных модификаций. Кроме того, специально на экспорт рыбинское ПО «Вымпел» с 1973 по 1985 г. произвело еще 87 катеров по пр. 205ЭР.Между тем, положение с ракетным комплексом П-25 складывалось все более тревожно. Казалось бы, П-25 представляла собой всего лишь упрощенный вариант «Аметиста». Дальность пуска была вдвое меньше, не требовался старт из-под воды. Однако ход работ почти на год отставал от плановых сроков. Видимо, сказывалась далеко не главная роль темы П-25 в портфеле заказов ОКБ-52. Кроме того, при опережающей отработке «Аметиста» его создатели столкнулись со специфическими проблемами обеспечения маловысотного полета, в частности, с влиянием отражения излучения радиолокационной головки самонаведения от поверхности моря, особенно в свежую погоду. Накопленный на «Аметисте» опыт старались реализовать и в П-25.Разработка затянулась до 1964 г., когда решением октябрьского пленума ЦК КПСС Н.С. Хрущева освободили от всех занимаемых партийно-правительственных постов. Присутствие его сына Сергея в числе ближайших соратников Челомея из благоприятного фактора мгновенно превратилось в отягчающее обстоятельство. Была создана специальная комиссия по оценке деятельности ОКБ-52. Фирме Челомея удалось с честью преодолеть складывающуюся непростую обстановку. Но были и утраты: за ворота предприятия ушел сын Н.С. Хрущева, прекратились работы над П-25. Это мотивировалось тем, что по боевым характеристикам П-25 незначительно превосходила П-15, а основные проблемы эксплуатации жидкостной ракеты были успешно разрешены в первой половине 1960-х гг. созданием соответствующих структур и оборудования в промышленности и на флоте.
П-15М
Создание твердотопливной ракеты для катеров уже не рассматривалась как особо актуальная задача. Но в ходе работ по П-25 были почти полностью опробованы более совершенные по сравнению с П-15 элементы бортовой аппаратуры — радиолокационная головка самонаведения ДС-М и ее тепловой аналог «Снегирь», автопилот АПР-25, радиовысотомер РВ-8. Все это целесообразно было использовать при очередной модернизации П-15, повысив помехозащищенность комплекса, увеличив дальность его применения и уменьшив высоту полета ракеты для более успешного преодоления ПВО противника. Проведение соответствующих работ задавалось решением ВПК от 4 февраля 1966 г.Модификацию, получившую наименование П-15М (ПУМ, 4К-51), оснастили маршевой двигательной установкой с большими баками, запас горючего увеличили до 214 кг, окислителя — до 860 кг. Для утяжеленной до 2,573т ракеты потребовался новый стартовый двигательСПРД-192 с удвоенным суммарным импульсом тяги и весом 483 кг. Была создана и новая фугасно-кумулятивная боевая часть повышенной эффективности весом 480 кг. Высота полета на маршевом участке снизилась до 25 м за счет применения радиовысотомера РВ-МБ вместо статоскопа. Цельносварной корпус был выполнен из алюминиево-магниевых сплавов, в то время как в клепаном корпусе П-15У использовались алюминиевые сплавы. При этом крыло, хвостовое оперение и механизм раскрытия заимствовались у П-15У без существенных доработок. Вместо одного подфюзеляжного гаргрота установили два несколько разнесенных к бортам, что стало основным внешним
отличием П-15М от П-15У  Крылатая ракета П-15М в предстартовой конфигурации. 
Схема крылатой ракеты П-15 М.
В соответствии с программой полета ракета отрабатывала послестартовый разворот и набирала высоту. По окончании работы ускорителя скорость достигала 684—720 км/ч, далее ракета разгонялась до 1150 км/ч и снижалась до высоты 50 или 25 м. По достижении установленного значения дальности моноимпульсная радиолокационная ГСН ДС включалась на излучение и начинала поиск цели в диапазоне ±1,3 км от заданного удаления и ±5° от продольной оси ракеты. В процессе поиска автоматически компенсировался процесс сближения с целью. При обнаружении цели в пределах установленных диапазонов дальностей и углов производился ее захват на автоматическое сопровождение. Если захвата цели не происходило, то зоны поиска по дальности и по углу увеличивались более, чем вдвое.Прошли модернизацию и корабельные системы — аппаратура подготовки пуска «Клен» и РЛС «Рангоут», которую дополнили средствами, обеспечивающими пуск по целеуказанию от внешнего источника информации, без которого нельзя было реализовать достигнутое удвоение дальности пуска. Несколько позже вместо усовершенствованных модификаций ранее применявшегося оборудования в ленинградском НИИ-49 (после 1966 г. — ЦНИИПА, затем ЦНИИ «Гранит») была создана активно-пассивная система «Гравий» с активной радиолокационной станцией «Гарпун» (главный конструктор — В.А. Кучеров), пассивной станцией «Галс» (главный конструктор — Н.Л. Коган) и прибором управления стрельбой «Коралл».По длине (6,665 м) ракета П-15М всего на 245 мм превышала П-15М, а доработанная пусковая установка КТ-97 отличалась от ранее созданной КТ-67 в основном более мощным приводом, обеспечивающим надежное открывание крышки даже при ее обледенении.Под комплекс с ракетой П-15М в 1968 г был построен и в следующем году выполнил 12 пусков катер пр. 205М с РЛС «Рангоут». На втором этапе испытаний предусматривалась установка двух активных станций — РЛС «Гравий» и не получившей дальнейшего развития РЛС «Галс» активного канала. Полное водоизмещение составило 255 т.С 21 августа по 2 октября 1968 г. прошли три испытания ракет без головок самонаведения. Первый пуск оказался неудачным, но в остальных была достигнута заданная дальность 80 км. Неудачным оказался и первый пуск ракеты с радиолокационной головкой самонаведения 22 октября: подвела катерная аппаратура. Все последующие 11 пусков признали успешными, кроме заключительных, выполненных 4 октября и 2 декабря 1969 г. Входе испытаний запускались ракеты как с радиолокационной, так и (начиная с 16 июня 1969 г.) с тепловой головкой самонаведения «Снегирь», отличавшейся от ранее применявшейся «Кондор» более высокой чувствительностью и лучшей помехозащищенностью. В частности, в новой головке самонаведения исключался захват высокотемпературных, а также протяженных объектов типа подсвеченных солнцем облаков, береговой черты, солнечной дорожки на воде. Однако при необходимости ракета с тепловой ГСН могла наводиться и на корабль противника, несущий высокотемпературный источник для маскировки под помеховое образование. В итоге были получены положительные результаты испытаний собственно ракеты П-15М. Совместные испытания ракетного комплекса в целом, включая новую активно-пассивную аппаратуру поиска целей «Гравий» были проведены позже. Входе девяти пусков, осуществленных с 10 октября 1971 г по 16 октября 1972 г., только три закончились неудачей из-за отказов головок самонаведения.В принципе, после модернизации корабельной аппаратуры все катера пр. 183Р и 205 могли оснащаться ракетами П-15М. Но массового перевооружения не последовало: доработку на Приморском и Владивостокском заводах по пр. 205мод с системой «Гравий» (в составе активной РЛС «Гарпун» и пассивной «Галс») прошли всего 10 катеров. К этому времени на флот начали поступать обладавшие намного большими боевыми возможностями новые малые ракетные корабли пр. 1234 с комплексом «Малахит», а ракетные катера стали рассматриваться как устаревающее оружие.
Проект 56У
Корабль пр. 56У
В начале 1970-х гг. комплекс с ракетой П-15М, получивший наименование «Термит», поступил и на вооружение крупных кораблей.К середине 1960-х гг. безнадежно морально устарели вооруженные комплексом КСЩ корабли пр. 56М и 56ЭМ. В 1968 г. было принято решение модернизировать их с размещением четырех ориентированных в корму пусковых установок КТ-97Б для ракет П-15М. Пусковые установки (другое название КТ-15М БРК) устанавливались с разным углом наклона контейнеров к горизонту — передние под 17°, кормовые под 15°. В 1972— 1977 гг. по пр. 56У,разработанному в Северном ПКБ под руководством главного конструктора В.Г. Королевича, на Севастопольском морском заводе и Дальневосточном заводе были перевооружены три корабля — «Бедовый» (заводской номер 1204), «Неуловимый» (№765) и «Прозорливый» (№1210).
Корабль пр. 56У с четырьмя ориентированными в корму пусковыми установками КТ-97Б для ракет П-15М.
Некоторые отечественные эксперты не без иронии отмечали, что из кораблей, спроектированных после 1955 г., пр. 56У нес на себе наиболее многочисленную артиллерию — в общей сложности 20 стволов калибра 57 и 76 мм. Разумеется, можно было установить на корабле более совершенные средства ПВО — ракетный комплекс «Оса-М», шестиствольные зенитные автоматы. Но в этом случае стоимость модернизации возросла бы в несколько раз. Настораживающий опыт уже имелся: радикальная модернизация других «щуконосцев» пр. 57 в БПК пр. 57А обошлась примерно во столько же, сколько стоила их постройка, что весьма озаботило руководство флота. К 1970 г. корабли пр. 56М уже проплавали без малого 15 лет (больше половины нормального срока эксплуатации) и выделение больших средств на их модернизацию сочли неоправданным расточительством. Объем доработки свели к минимуму, впрочем, не вполне оптимальному. Вместо не способных реально защитить корабль артиллерийских установок АК-726 можно было поставить еще четыре пусковые установки «Термита», что удвоило бы ударную мощь корабля.
Проект 61М
 
Корабль пр. 61М.
Продолжение следует...
Сообщение отредактировал Zayats - Пятница, 10.05.2013, 15:54 |
| |
| |
